Показать сообщение отдельно
Старый 11.11.2007, 14:56   #36
old_guest
 
Сообщения: n/a


По умолчанию

Ну ладушки, выкладываю после долгого перерыва вариант "3й главы", с подправленными кой-какими багами (в Мельине не было, к примеру, башен Нерга, и имена гроссмейстеров взяты из "Конца Игры").

Как известно, в славном Мельине, столице Империи, было 14 башен семи Орденов Радуги. Не все из них сохранились - башни Кутула и Флавиза во время известных событий толпа сровняла с землей, предварительно закопав туда обезображенные трупы магов башен (о том, что первыми вошедшими в башни были воины Серой Лиги, основательно покопавшиеся в тайниках Радуги, теперь было рассказать некому). Не все представляли из себя хоть какую-то ценность - например, в башнях Угуса теперь разве что склад удобрений устраивать. Гарам хранил немало интересного, благодаря Гахлану удалось неплохо поживиться. Ну а в башнях Голубого Лива и вовсе делать нечего - гроссмейстер Лива Сежес во время оно приказала ничегошеньки важнее тупой канцелярской переписки в столице не хранить. Коллеги по Ордену - они, знаете, такие затейники, да и Серой Лиге палец в рот не клади.
Башни Арка - исключение. Ворвавшихся сюда первыми воинов Лиги просто и немудрено испепелило рванувшееся со всех сторон пламя. Последовавших за ними горожан, пьяных от невозможной победы и крови магов - тоже. И следующих. После чего добрые мельинцы решили, что коварных магов лучше убивать где-нибудь в другом месте. Легко было предположить, что просто так никто не станет тратиться на столь мощные и опасные чары. Значит, они охраняют нечто важное - что и подтвердилось в первой башне Арка.
На очереди вторая. По некоторым намекам, в ней хранилась текущая переписка Ордена, данные о "коллегах", подробности их общения с Долиной - именно Арк теснее всего общался с птенцами архимага Игнациуса. И именно Арк первым узнал о "тварях с Границы" - тех самых козлоногих. Удайся им безумный, невероятный план, овладей Красный Орден всеми тремя великими мечами - Алмазным, Деревянным и мечом Хозяина Ливня...
Впадать в размышления в подобных местах очень вредно. Да, гроссмейстерам Радуги нечего было бояться защитных чар коллег - но это была не единственная опасность. Две статуи в просторных плащах золотисто-шафранной расцветки у входа в главную башню вдруг ожили. Они с невероятной скоростью и нечеловеческой точностью встали за спиной Гахлана и Сежес. А их недлинные парные мечи заняли позицию еще опасней - у горла и со спины напротив сердца волшебников.
- Благородные гости да войдут в залу. Только очень осторожно и медленно, - произнес "опекун" Гахлана, которого Сежес мигом поименовала Левый. Правым стала статуя за ее собственной спиной.
Зал башни Арка был просторным, не меньшим, чем зал Малых Церемоний в императорском дворце. Арк не стеснялся играть с пространством и был не прочь показать свое могущество в центре Империи. И в этом зале их ждало шесть персон. Сашнэ, Фетерда, Гиллестерн - гроссмейстеры орденов Угус, Солей и Флавиз, сражавшиеся на стороне баронов и Нерга. Волшебники в одноцветных плащах - желтом, синем и зеленом.
Фиррейн, Фиррейн Равнодушный, некогда был одним из гроссмейстеров Кутула. Уже давно никому было в точности неведомо, чем же, собственно, он занимался. Фиррейн Равнодушный давно отдалился от каких бы то ни было дел Ордена и отнюдь не торопился вновь вернуться к оным. Даже несмотря на гибель Левейтайры, гроссмейстера фиолетового ордена, в сражении с козлоногими, стремившимися по каким-то своим, никому не известным, причинам уничтожить мир Мельина. Убить в нем не просто всех людей - но и всю Нелюдь и даже Нежить, всех животных и растений, умертвить все источники, превратить саму землю в безжизненную, полную сухого песка, пустыню...
И - волшебник в красном плаще Арка! Невероятно! Ведь весь Арк, до последнего человека, погиб в сражении с Хозяином Ливня!
Шестой гость был в таком же золотистом балахоне, как и напавшие на колдунов. И в точно таком же скрывавшем лицо капюшоне.

- Предательница Сежес! Сегодня совет гроссмейстеров решит твою жалкую участь. Мудрый Гахлан! Займи подобающее тебе место среди собратьев. Твои прошлые грехи прощены, ты вновь один из нас, и сегодня обретешь свои прежние силы и новых друзей! - провозгласил красный. - А вы, друзья, - обратился он к охранникам, - можете отпустить их. Оранжевый волшебник - наш друг, а голубая, - презрительно, - она не сможет колдовать здесь без моего разрешения.

По всей видимости, Правый и Левый переглянулись с тем самым пятым гостем. Во всяком случае отпустили Сежес только после еле заметного кивка Пятого, подтвердившего слова Илмета.
Илмет! Да, конечно, выкормыш одного из командоров Арка. Но как же силен, мерзавец - будто бы и сам стал командором. И полон н е з д е ш н е й силы. И овладел всей магией башни - да, хозяева подобных мест могли ненадолго "запретить" творить чары некоторым гостям. Не зря же башни были, кроме прочего, тюрьмой для занимавшихся "незаконной волшбой".

- Ты говорил о другом, Илмет, - взметнул брови Гахлан. Он отнюдь не торопился на "подобающее место". - Мы должны встретиться, обсудить все то, что случилось, честно глядя друг другу в глаза, мы должны выработать общее...
- И я не обманул, почтенный мэтр, - немедленно отозвался красный волшебник. - Наставник, прошу Вас...я столько слышал о Вас в годы обучения, Вас всегда ставили в пример как наиболее достойного волшебника, Ваш авторитет... Пожалуйста, встаньте рядом с нами. Неужели отступница, лишившая Вас драгоценнейшего из даров - Вашего Искусства - не заслуживает мучительной смерти?
- Извини, сынок, - сгорбился старый маг. И завел руку назад, мучительно выгнув брови. - Я уже стар, меня каждый вечер страшно мучает радикулит, ломит кости. Я всего-то и хочу, что умереть честным человеком...человеком, да. Пусть просто лекарем. Вновь стать гроссмейстером Ордена, да еще ценой жизни юной Сежес...ты просто позволь мне немного постоять здесь, перед тем, как приказать своим ищейкам то, что нужно, хорошо?

На секунду Илмет вроде бы заколебался. Взгляд дернулся, рука легла на эфес недлинного меча уж просто по привычке - так растерявшийся писарь хватается за любимое стило, а воин - за привычное оружие. Потом...потом Илмет словно получил подзатыльник от кого-то, постоянно находившегося за левым плечом. И решительно нахмурился.

- Как пожелаете, мэтр, - сухо бросил волшебник. И обратился уже к коллегам, - итак, слушается дело...

Теперь Сежес вспомнила. Конечно, перед началом всех событий, потрясших Мельин до самых костей Земли, как говаривали гномы, Арк предупредил остальные Ордена. Красные разыскивали беглую магичку, примерно третьего круга, владеющую холодным оружием, и гнома Сидри Дромаронга, творившего незаконную волшбу (описания внешности и умений рекомых Тави-Алии и Сидри также приведены; подчеркивалось, что Тави на самом деле – не Вольная, каковой прикидывается). Арк НАСТОЯТЕЛЬНО не советовал другим Орденам вмешиваться в поиски, а в случае случайного обнаружения преступников требовал немедленно сообщить об этом командору Деврану. Да-да, тому, кто пестовал этого...

- Стой, Илмет, - вдруг отрубил Фиррейн. Он вроде бы никуда и не смотрел, толстый одутловатый меланхолик с вьющимися черными волосами - но почему-то внимание всего "совета гроссмейстеров" обратилось на Шестого. - Объясни одну вещь: кто это такой?
- Наш союзник, - ни мгновения не замедлил с ответом Илмет. - С его помощью мы восстановим мощь Орденов и откроем путь к новым знаниям, к жизни, что может длиться почти вечно, к путям под звездами, к новым, неизведанным мирам. Учитель, я уже рассказывал о нем остальным гроссмейстерам, но Ваше неожиданное появление...
- Илмет, - отмахнулся волшебник, - давай я сам отвечу на свой вопрос.

Не было ни жеста, ни слова, ни взгляда - толстяк владел майнд-кастингом на самом высоком уровне. Просто подул легкий ветер...сорвавший капюшон Пятого верней всякого урагана. Судя по изумленным лицам магов, то же произошло и с Правым и Левым. Обернуться Сежес не могла, но готова была поручиться, что эти самые Левый и Правый - персоны весьма примечательные. Ничуть не менее, чем Шестой.
Высокий, на две головы выше человека, уродливое лицо, голова...очень напоминала голову змеи на столь же тонкой шее. Змеиные глаза - только не желтые, полные зеленого пламени. Длинные, уродливые на взгляд человека конечности, с которых куда-то подевались перчатки. Почему-то Сежес сразу поняла: этот Шестой - дуотт, именно так его описывал Императрице Фесс, Кэр Лаэда, мэтр волшебник Долины.

- Нелюдь, - кивнул Фиррейн. - Но это еще пустяки, лично я придерживаюсь на сей счет широких взглядов. Все мы дети Творца...но скажи, Илмет, не они ли были в союзе с орденом Нерга? Или, уважаемый, Вы ответите сами? Не Ваши ли товарищи во время битвы у башни Нерга начали резать на жертвенных алтарях своих коллег из Радуги, доверившихся защите всебесцветных? О, это весьма примечательная история, господам гроссмейстерам стоит ее внимательно…

Шестой ответил. Зеленая молния, извергшаяся из его посоха, с невероятной скоростью коснулась Фиррейна. Он окутался фиолетовым пламенем, в котором бесследно исчезло колдовство чужого...но, видимо, не совсем бесследно. Слишком долго Фиррейн не практиковал боевую магию, слишком долго занимался очень сложными теоретическими исследованиями в своей удаленной лаборатории. Сохранить при этом прежние навыки великолепного боевого мага, на пять ходов вперед предвидящего действия противника, так же невозможно, как в совершенстве говорить на староэльфийском, не практиковавшись в оном лет двадцать. Фиррейн Равнодушный медленно, лицом вперед, стал падать на камни Арка... Следующая же молния прянула в сторону Сежес. В этот момент одновременно произошло очень много событий.
Фетерда, осторожная Фетерда, мудрая Фетерда, обладавшая бесценными знаниями почти во всех областях магии, лишь чуть уступая Гахлану в целительстве, Сежес - в умении проникать в сознание живых существ, Эммету Нагвалю - в боевой магии...она просто исчезла в коротком, очень экономном портале. Перенеслась, наверное, не дальше лиги - например, в свой номер гостиницы, из которого можно было уже не спеша, секунд за пять, построить более мощный портал.
Сашнэ, удивительная желтая волшебница, обладала огромным запасом сил. Она редко сражалась, предпочитала, как ни странно, дисциплины, лишь косвенно относившиеся к магии: химия и алхимия, руноведение, геология, история. Однако Сашнэ была идеальной "подставкой", "аккумулятором", как в свое время выражался еще не ушедший в добровольное изгнание Фиррейн. Если требовалось возвести фундамент города, снести скалу, открыть дорогу в Межреальность (а также устроить землетрясение, вызвать масштабный мор, или же сровнять город с фундаментом) - достаточно было "опереться" в круге Силы на Сашнэ. И сейчас волшебница сделала то единственное, что должна была сделать: положила руку на плечо Гиллестерна, получившего так нужную ему помощь.
Гиллестерн, высокий, подтянутый волшебник в зеленом плаще, сделал то, что должен был сделать лучший боевой маг всех орденов Радуги (не упоминая, конечно, гроссмейстера Красного Арка). У него, бойца до мозга костей, интересовавшегося, кроме битвы, атакующих и защитных заклинаний, разве что еще "корпоративными интересами" магов в Империи, включился очень простой механизм. Режим опознания "свой - чужой". "Своим" был Фиррейн, бездыханным опустившийся на красный каменный пол. "Чужим" оказалось существо, убившее фиолетового мага. "Своей" была Сежес, пусть и предавшая "интересы корпорации" в ущерб сиюминутным нуждам имперских чиновников. И потому удар Шестого не прошел: зеленая молния слегка отклонилась и вышибла нешуточный кусок защищенной всеми мыслимыми заклятьями стены Зала Приемов. А от Гиллестерна потянулась тонкая паутиноподобная нить, нацеленная на горло дуотта...
Сежес на мгновение закрыла глаза. Если что-то случится не по плану - сейчас сквозь ее сердце пройдет клинок Правого, а другой клинок нащупает шею... Однако вместо того послышались короткие хеканья. Именно таким звуком отзываются столкновения клинков. Четырех пар клинков в руках четырех мастеров боя.
Все-таки предчувствие - это такая вещь, которой маг обязан доверять. Некоторые считают, что предчувствие усиливается самой сутью мага, является неотъемлемым следствием соприкосновения его сознания и тех сил, что позволяют творить "из ничего" огненные шары и сотрясать стены могучих крепостей. Другие же, посмеиваясь, говорят, что предчувствие есть реакция души, "второго я" любого человека, заметившего какие-то подозрительные черты, которые разум еще не успел осознать. Именно плохие предчувствия заставили Сежес обратиться с просьбой к Кер-Тинору. Оранжевого мага и голубую волшебницу должны были тайно сопровождать два лучших мечника из Вольных. Кер-Тинор понял просьбу слишком уж буквально: да, в нужный момент, ни мгновением раньше, ни мгновением позже клинки Левого и Правого встретились с парными мечами лучших из имперских Вольных. Которыми оказались Ким-Лаг (начальник дворцовой стражи, заместитель Кер-Тинора) и...сам Кер-Тинор, командовавший всеми Вольными на службе Империи, член Императорского совета.
Илмет же, словно ничуть не обеспокоившись произошедшим, шагнул к Сежес. Видимо, ей уже был вынесен единогласный приговор. Внутренним зрением, доступным и сейчас, Сежес увидела "мертвое пятно" напротив правого легкого мага. Такое, например, бывает от простенького, наполненного изрядной силой файербола. Отбить его несложно - но вот ПОДОБНОЕ ранение, коль уж оно нанесено, обязано было стать смертельным. Неужели постаралась та Вольная? И почему сам Илмет во внутреннем зрении полон не красным огнем Арка, а бледно-зеленой гнилью?
Волшебница могла лишь раздумывать об этом в последние мгновения своей жизни. Ее магия - она была при ней, но волшебство башни Арка очень сильно ее затрудняло. Примерно так чувствует себя человек, погруженный в болотную жижу: вполне можно двигать руками и ногами, но ооооочень медленно. На простенькую молнию у Сежес ушло бы минут пять. При условии, что все остальные в это время внезапно ослепнут, оглохнут и потеряют магический дар, не успев помешать волшебнице Лива.
Аккуратный, мелодичный даже свист и легкий хруст шеи, перерубаемой клинком. И, разумеется, неприятные подробности физиологического свойства: облегчение сфинктера и мочевого пузыря со всеми, хм, вытекающими. Говорят, голова еще несколько мгновений может наблюдать со стороны за покинутым телом...но почему-то голова Сежес до сих пор наблюдает все с положенного ей места. Чем совсем не может похвастаться Илмет.
Когда волшебник рухнул, так и не успев осознать, что проиграл уже навсегда, за его спиной обнаружилась крайне примечательная личность. Высокая, стройная фигура, примерно пять с половиной футов, волосы густого золотого отлива, чеканные, твёрдые скулы, большие тёмно-зелёные глаза со странно поднятыми внешними уголками, тонкий рот, твёрдый подбородок с крошечными ямочками. Недлинная, изогнутая сабля в правой руке и дага под стать ей - в левой. Даже в статичном, замершем на миг положении девушки - хищная грация пантеры, обитательницы заморских джунглей. Несомненно, Вольная. Причем Вольная очень странная. Сежес знакомо это лицо и эти глаза - именно в таком порядке, словно лицо и глаза принадлежат разным людям.
Наверное, Илмет сразу узнал бы это лицо. Сежес, возможно, тоже узнала бы, но тут Вольная резко, без замаха, метнула дагу прямо в грудь волшебнице. Та рефлекторно сдвинулась влево, полуобернулась...и лишь тут поняла, что в последние мгновения звуки столкновения клинков Вольных и слуг Шестого изменились. Изменились по весьма простой причине: Ким-Лаг безжизненно сползал по стене зала. А Левый невероятным кульбитом превратил колющий выпад, несомненно, прикончивший бы Сежес, в отбив, позволивший отразить дагу Вольной. Его следующий удар тоже был простым отбивом - перехватившая саблю двумя руками воительница не собиралась давать Левому ни одного лишнего мгновения. Сежес же, вновь ощутив свою Силу (гибель Илмета? Ерунда, если кто-то дверь закрыл - ее все равно нужно открыть. Даже если убить закрывшего дверь), немедленно пришла на помощь Сашнэ и Гиллестерну - волшебник в зеленом плаще уже стал сдавать. Шестой оказался воистину страшным врагом.
...Врата Холмов. Возможность для человека заглянуть за край обыденного мироздания, увидеть невозможно прекрасные для человека места и земли, вдохнуть чудесный, пьянящий воздух невероятных земель эльфов. Теоретически - возможность для каждого. В принципе ведь каждый может стать гениальным трагиком, великим полководцем, гроссмейстером Радуги. Этот дар позволит делать...все в идеальном порядке. Математик не сделает ни единой ошибки, движения мага-целителя станут немыслимо точными, удары воина станут невероятно опасными, направленными каждый раз в самое уязвимое место защиты противника.
А еще воительницу полнила магия. Та самая, что составляла суть, средоточие стен этой башни. Она невероятно укрепляла мышцы девушки, позволяла связкам выносить немыслимое для человека растяжение, возможно - отбить голой рукой тяжеленную оглоблю в руках молотобойца. Без нее воспользоваться Вратами было немыслимо - что толку, если тело з н а е т, к примеру, что вот прямо сейчас нужно сделать сальто вперед, на выходе присев и подрезав противнику ноги, если тело не м о ж е т этого сделать? Обычному, даже очень хорошему воину, это грозит долгим пребыванием в полевом госпитале. Или еще более долгим - в могиле.
Был и еще один недостаток у Врат Холмов. Что, если уязвимых мест у противника нет вовсе? Что, если его защита так же идеальна, его атаки столь же опасны, но при этом противник гораздо лучше подготовлен, гораздо опытнее и намного сильнее? Именно таким противником был Великий Атор для молодого еще, лишь только окончившего обучение, Трогвара Крылатого Пса из Дем Биннори. Именно таким противником оказался Левый.
...Кер-Тинор не обманывал себя. Правый оказался непобедимым бойцом, вся школа Вольных лишь помогала отсрочить неизбежное. Скоро, очень скоро Вольный последует за побратимом Ким-Лагом. Разумеется, если не предпринять воистину отчаянный шаг. П р о п у с т и т ь удар противника. Открыться, принять смертельно опасный, но все же не смертельный удар - и ударить самому. Незаметно ни для кого, кроме противника экстра-класса, приоткрыться...
Вольный оказался хорош. Но даже ему не под силу противостоять лучшему ассасину Храма. Эльфу, прошедшему некогда пламя Зелёных Мечей, ставшему иным, совершенным существом. Вот наконец-то его левый меч чуть опоздал прикрыть левое легкое - видимо, Вольный понадеялся на весьма крепкий каркас ребер, который и без брони не так просто пробить. Понадеялся напра...
Мечи ударили одновременно. Клинок Правого вошел в тело Вольного; меч Кер-Тинора снес голову рыцарю Храма прежде, чем хозяин клинка потерял сознание. И еще к упавшему Вольному метнулся Гахлан...
Даже втроем гроссмейстеры Радуги еле-еле сдерживали противника. Нет, конечно же, не дуотт - лишь великая сущность, принявшая именно такой облик по непонятной причуде. Хорошо еще, что бой шел в башне Арка - попытки обрушить пол, наслать паралич или, наконец, просто приказать магам умереть были здесь обречены на неудачу. Но тем не менее Шестой регулярно пробивал защиту Сашнэ и Гиллестерна. Оба они уже были в крови, но фиолетовый держался, регулярно в свою очередь отбрасывая противника - великий боец чередовал молнии, холод, огонь, смертельные паутинные нити, вакуум, вовсе уж неведомые бесцветные сферы. Сежес в свою очередь просто угощала дорогого гостя целым ливнем мелких огненных шаров. Схема простая и понятная: Сашнэ работает "аккумулятором", боевой волшебник сражается, гроссмейстер Лива отвлекает противника. Схема, конечно, детская...но вдруг эта нелюдь все же купится на столь простую ловушку?
Сежес готовила свой удар. Воистину неотразимый и сокрушительный, удар всем средоточием силы, полученной некогда в Великой Пирамиде.

... - Ты не Вольная, - вдруг заговорил Левый, легко отведя, право же, не самый простой удар. - Ты - жалкое дитя смертных, такое же, каким некогда был я. Твоя жалкая магия не в силах обмануть взор рыцаря Храма.

Воительница чуть дрогнула. Слегка отступила. Шаг, шаг, отбив...проклятая дрянь, проскользнула под клинком и заставила храмовника развернуться. Теперь она стояла спиной прямо напротив пролома в стене зала.

- Не надейся улизнуть, тварь. Положи меч и преклони голову перед силой, суть которой тебе не постигнуть.

Как ни странно, этот призыв (усиленный нехитрой, но невероятно мощной магией) подействовал. Девушка отступила на шаг, опустилась на одно колено, обеими руками взялась за рукоять сабли и направила ее клинок к полу. Левый плавно отступил направо, собираясь снести столь покорную голову с плеч...и это оказалось последним в его жизни намерением. Клинок лже-Вольной вонзился в пол, будто бы и не составленный из прочнейшего в Мельине камня. Пламя, красное пламя Красного Арка, ударило со всех сторон, кроме бреши в стене, оно рванулось, как снесшая все мыслимые плотины и барьеры полноводная, мощная река.
...За мгновение до того, как башня показала свою истинную сущность - ловушка, очень хитрая ловушка для гроссмейстеров Радуги, буде они начнут мешать Арку - Сежес все же что-то успела почувствовать. И удар, обязанный снести все магические барьеры Шестого, превратился в Абсолютный Щит. Он закрыл двух живых гроссмейстеров, Кер-Тинора и опустившегося рядом с Вольным Гахлана, а также тело Сашнэ. Ее защита не дала сбоя, но "живой источник" попросту иссяк до последней капли, великая волшебница растратила самый последний, неприкосновенный запас. Свою и с т и н н у ю, последнюю кровь, кровь от самого сердца, она вложила в очередной удар Гиллестерна. Удар, не достигший цели и с легкостью отбитый Шестым.
Пламя слизнуло тела Правого и Левого, пламя не оставило и пепла от тела Ким-Лага. Оно пощадило магов, хотя все они получили нешуточный шок. Сознание и Гахлана, и Гиллестерна погасло, как грошовая свечка под ураганным ветром; тем не менее, они были живы. Сежес, с трудом опустившись на широкую скамью, откинулась к горячей еще стене зала. Даже закрыть глаза сил уже не осталось, и ни единого грана магии, кроме дара Великой Пирамиды.
Легче всего, как ни странно, пришлось этой Вольной. Она с величайшим трудом, но приподнялась, шатающимся шагом накушавшегося вусмерть сивухи горожанина подошла к обгоревшему, изрядно покалеченному Шестому. Ее руки защелкнули замок на странном, серебристом ошейнике, обернувшем шею врага. И лишь теперь позволила себе слегка расслабиться...что выразилось в мощном ударе ногой куда-то под ребра существа. Елейный, медоточивый голосок произнес:

- Приветствуем уважаемого Стоящего-во-Главе. Добро пожаловать в Мельин, почтенный Cruatt-et-Gar.

Второй пинок, уже куда более слабый, нанесенный совсем обессиленной девушкой, сопровождал более лаконичный комментарий:

- С приездом, ублюдок!

И вот после этих слов, когда Вольная наконец-то оставила в покое...Стоящего во главе?...подошла к волшебнице и точно так же, словно лишившись даже крохи отведенных Создателем сил, рухнула на скамью, Сежес наконец-то узнала и лицо, и глаза.
Лицо, несомненно, принадлежало Тави-Алии, беглой волшебнице, разыскиваемой Красным Арком. А вот глаза...разумеется, Сильвия Нагваль, внучка Эммета, дочка чудовищного Хозяина Ливня. Еще одна невероятным образом выжившая из Красного Арка. Теперь уже, скорее всего, действительно последняя выжившая. Что ж, теперь понятно, кто "отворил дверь" для блокированной магии Сежес, да и секреты смертельной ловушки для высших магов внучка главы Арка, конечно же, знала.

- Да, миледи Сежес, вижу, вижу, узнали. Это действительно я...у нас мало времени и очень много дел. Попробуйте задать единственный верный вопрос, и давайте на этом временно отложим все объяснения и, - презрительное хмыканье, - охотничьи рассказы.

- Кто...

- Хм... правильно, угадали. Что ж, пославший меня некогда распилил печать натрое.

Вот и все. Сильвия, конечно, редкостная зараза, всегда любившая отвечать на "глупые" вопросы, не дослушав их, но дело сейчас не в личной неприязни.

- Император...жив? - НЕУЖЕЛИ??? Большую императорскую печать Владыка Мельина в свое время лично, никому не доверяя, распилил на три части, и лишь потом ушел в свой последний бой. - Если он не поможет, с подобными врагами мы не справимся. И кстати, что это ты прицепила на шею этому выродку?

- Все же не удержались, миледи... У него на шее - хладное железо, да-да, то самое. Радуга, помнится, долго гонялась за знающими секрет смертными, и весьма успешно гонялась. А враги...такова жизнь, что обретающий врагов обретает и союзников, - проснулось в Сильвии слегка философское настроение.

- И кто же будет нашим союзником?

- Его зовут Креол, - улыбнулась Сильвия. - Архимаг Креол Урский. Собирайте совет, Второй Регент, у нас действительно очень много дел. Пора бы нанести этим тварям ответный визит вежливости.
  Ответить с цитированием