Показать сообщение отдельно
Старый 26.12.2007, 13:53   #7
V-Z
 
Сообщения: n/a


По умолчанию

Лекодиньер
Перила покрыты тонкой коркой льда; снег покрывает камни, из которых сложен мост. Ледяной, пронизывающий ветер касается моего лица.
Впрочем… я привык к холоду. Давно привык. Хотя и не давал ему пробрать себя до костей.
Я стоял неподвижно, глядя на замерзшую реку; да, зима тут была очень суровой. Мне ли не знать…
Снег на камнях, лед на воде, холодный ветер – мои верные и вечные спутники.
Я – одиночка. Странник.
Лекодиньер.
Мне нравится это слово – оно похоже на звон ледяных осколков… и отлично подходит мне. Ведь для моей работы нет официального названия – и вряд ли когда-то будет.
Я всегда любил зиму – мягкий снег, покрывающий улицы, кружащиеся в воздухе мириады маленьких звезд, синеватое мерцание льда под солнечными лучами… Мог ли я думать, что именно это и приведет меня к нынешним временам?
Я помню… очень хорошо помню, как бродил по зимним улицам, наслаждаясь свежим морозом, и с каждым часом понимая – только он у меня и остался. Нет работы, и нет семьи… а скоро и зима кончится.
С этим можно было справиться… по размышлении.
Но так уж вышло, что я именно тогда повстречал его… точнее, это он меня отыскал.
Я хочу предложить вам работу, – сказал он. – Интересную, творческую, связанную с самыми разнообразными местами, безопасную, на очень длительный срок. И вам не придется давать никаких обещаний хранить ваше занятие в тайне.
Что меня всегда удивляло – это его правдивость. Он всегда говорил правду… а если вы его неправильно понимали – то это были уже ваши проблемы.
Он не представился, и я никогда не пытался узнать его имя. Впрочем, как следует представляться тому, кого во всех мирах именуют по-разному?
Сам я называю его просто Зимним. И имя ему подходит… ведь он – повелитель зимы и снега в любом мире. Он – тот, кто приносит людям холод…
Впрочем, нет. Неверно.
Он – источник и хозяин зимы. А приношу ее людям я.
Это и есть моя работа – долг лекодиньера.
Приводить зимние холода, вьюги и лед в отведенное время. И следить за тем, чтобы не наступало оттепелей раньше условленного.
Зимний говорил чистую правду – как я уже сказал, он правдив.
Это интересная работа – потому что всегда находятся какие-то препятствия на пути наступающей зимы, и их следует преодолевать. Здесь, например, мне мешали маги-погодники…
Это творческая работа – потому что к каждому миру требуется свой подход… и я стараюсь сделать зиму как можно более красивой. Вы ведь сможете оценить сверкающую красоту снежной вьюги? Или тонкие, чеканные узоры, которым я помогаю возникать? Ведь сможете? Сколько стихов про это написано…
И работа в самом деле разнообразная – я постоянно перемещаюсь в новые миры. Есть красивые, есть уродливые – но нет двух непохожих. Все краски Вселенной проходят перед моими глазами – хотя мне дано рисовать лишь синим и белым.
Зимний не врал и насчет безопасности. Самый лютый холод не сможет мне повредить, если я сам этого не захочу. Ни один чародей не сумеет подчинить мою волю – это все равно что гипнотизировать буран. И причинить мне вред практически нельзя – для этого нужно уничтожить саму возможность наступления зимы в конкретном мире.
Но главная причина моей безопасности – в одиночестве.
Нельзя причинить вреда тому, кого не видишь, о чьем существовании даже не подозреваешь – и потому я неуязвим. Никто не знает обо мне, никто не видит меня. Даже сейчас, когда я стою на мосту – никто не пройдет по нему, пока я не продолжу свой путь.
Я – одиночка. Лекодиньер.
Длительный срок… да, очень длительный. Я не знаю, сколько времени я уже приношу зиму в разные миры – ведь года считают по смене сезонов. А для меня на дворе всегда зима. Мое самое любимое время.
Да, до сих пор любимое. Если бы я возненавидел зиму – я бы сошел с ума. И несмотря на то, что я постепенно теряю ту пылкую любовь к холодному времени… ха, ну и фраза же получилась…
Насчет же разглашения тайны мне и подавно не надо беспокоиться – кому я могу рассказать? Кому? Ветру, льду, снегу? Замерзшей реке, холодным лучам зимнего солнца?
Я далеко не первый лекодиньер; подозреваю, что и не последний. С этой работы можно уйти… некоторые так делали. Предельно простым образом – снимали контроль над собственным холодом.
И почти моментально превращались в ледяную статую.
Проблема в том, что я всегда считал самоубийство наихудшим выходом из любого положения. Это признак слабости, уверенности, что легче умереть, чем подумать над положением. Я не осуждаю людей Востока – их традиции уходят корнями в седую древность. Но я-то другой… и этот путь не для меня.
Да, есть еще одна возможность избавиться от вечного холода и вьюжного плаща за плечами. И Зимний мне ее назвал, когда мы в последний раз говорили.
– Ты можешь перейти на службу к кому-нибудь из моих братьев. У них уже успели поменяться проводники.
Поначалу мне это показалось заманчивым – но теперь я всегда обдумываю слова Зимнего.
– Перейти? – усмехнулся я. – Понимаю. И вместо вечного холода получить вечную жару, вечный дождь, или… что там у весны? Вечное пребывание на грани расцвета? Нет. Спасибо. К холоду я как-то уже привык.

Была и еще одна причина – если я уйду, то он без особых проблем найдет в другом мире кого-нибудь, искренне любящего зиму и находящегося на грани отчаяния. А я не хочу, чтобы из-за моего нежелания идти по выбранному пути ледяное странствие получил кто-то другой. Не по мне это.
Я посмотрел на башенные часы, с трудом различимые сквозь пелену метели. Впрочем, это для людей… хм, а сам я кто? Снежный дух? Ледяной призрак? Инеистый странник?
Я слышал все эти прозвища – у разумных существ удивительно богатая фантазия.
Сам я, как уже говорил, предпочитаю «лекодиньер».
Да, время подходит. Еще несколько минут – и мне надо будет покинуть этот мир; наступает время проводника весны. Зима еще не кончилась – но первой его задачей будет заставить снег таять, а лед раскалываться. Как и я – начинаю с того, что сковываю ледком осенние лужи и рисую инеем на ветвях, с которых облетели листья.
Трое остальных – единственные, кто видят меня. Впрочем, мы не общаемся – не о чем нам говорить. Да и видим мы друг друга всего пару минут… потом один уходит, а второй остается.
Я медленно пошел к спуску с моста. Навстречу по ступеням поднимался стройный светловолосый человек с зелеными глазами; мы обменялись короткими кивками.
Интересно, а какие глаза у меня?
Сойдя на мостовую, я обернулся: теперь у перил замерла другая фигура. Мне не дано видеть, как работают другие, но я знал – сейчас он уже начал впускать весну в этот мир.
Я отказал Зимнему еще и по другой причине… зачем менять холодное одиночество на жаркое или дождливое? Все равно оно будет одиночеством.
Все равно…
Мы приносим людям времена года – великую ценность. И отдаем их… всегда отдаем, щедро, не скупясь.
А те, кто приносят столь ценное, ничего не оставляют себе.
Кроме одиночества.
Тоже, если вдуматься, не самая бесполезная вещь.
10.09.2006
  Ответить с цитированием