Показать сообщение отдельно
Старый 14.04.2008, 22:40   #2
АкаФ
 
Сообщения: n/a


По умолчанию

Беру на себя дворфов и гномов. Может остальных потом.
Внешность:
Итак, dwarf, цверг, темный альв, двергар, крёпель и краснолюд. Человекоподобное существо ростом порядка 110-135 сантиметров, с внушительными плечами и кряжистым телосложением, непропорционально большой головой, весит килограммов сто и более.... в общем, «малышом» такого никак не назовешь. Физически он как минимум не слабее человека, что с детства укрепляется традиционными ремеслами: шахтерским и кузнечным делом, строительством, тесанием камня. Кожа розовая, как у европейца, и, как правило, совсем не загорелая. Внушительная борода бывает присущих человеку цветов (черная, рыжая, каштановая, белая), но встречается и экзотика: голубые, ярко-желтые, зеленоватые бороды.

Карлик, он же gnome, гнум или гном-механик — размером скорее с полурослика, то есть сантиметров 90-100, сложен пропорционально человеку и весит, следовательно, килограммов 15 (поскольку он по всем измерениям меньше человека примерно в 1,8 раза, то весит меньше в 1,83 раза). Кожа коричнево-смуглого оттенка, на лице выделяется крупный нос — выдающийся вперед либо картофелеобразный. Борода может быть сравнительно небольшой, и чаще всего она белого цвета.

Психология дворфов.

Главная черта психологии дворфа — вовсе не жадность, как думают наивные люди, а справедливость. Справедливость у них возведена в абсолют и прививается юному гному еще в детстве.

Так, например, по убеждению дворфа, у каждой вещи есть вполне определенная цена. Вот столько-то стоили материалы, а столько-то полагается за работу. Поэтому дворф не торгуется: за этот меч ему следует 20 монет, не более и не менее, а если кто считает иначе — это его проблемы. Ни отчаянная нужда в деньгах, ни недостаток средств у покупателя, ни лесть, ни угрозы, ни искреннее желание заплатить с лихвой — не аргумент для того, чтобы менять цену. Ведь поймите: если кто-то из участников сделки получит больше, чем ему причитается — это все равно, что ему бы дали милостыню. А милостыня в понимании гнома — это тягчайшее из возможных оскорблений. Давая кому-то деньги, которых он не заработал, вы тем самым подозреваете этого кого-то в неспособности заработать, то есть объявляете его бездельником. По сравнению с этим, подозрения в кровном родстве с огром или кистеухой свиньей выглядят невинным дружеским подтруниванием.

А что мешает согласиться продать товар дешевле? Не только забота о чести покупателя, а опять-таки дворфья гордость. Если продал дешевле, чем просил — значит, сначала пытался запросить лишку. И получить незаработанное. Что из этого следует, мы уже выяснили.

Нет, понятие подарка у дворфов существует, но предполагает крайне тесную степень дружбы. А если дарящий и одариваемый разного пола — то еще и отношения как минимум на грани брака. Предложив не очень близко знакомому гному подарок, вы тем самым совершаете непростительную фамильярность. Это еще если сумеете ему объяснить, что предлагаете именно дар...

Зная это, вы не удивитесь знаменитой истории, пересказанной многими авторами. В ней старый дворф пишет непутевому сыну письмо, в котором упрекает его за некачественную работу, недостойные занятия и позор, навлеченный на отцовскую голову. А заканчивает так: поскольку-де ты, лоботряс, ни к какому делу не способен, я лишаю твоих братьев наследства и все завещаю тебе. Они себе заработают, а вот ты, лодырь, только наследством прожить и можешь...

(Вообще-то оставить кому-то наследство — не оскорбление, но поделить его не по обычным канонам — значит унизить того, кому достается доля больше положенного.)


Cлухи одворфьей жадности по большей части происходят от этой особенности. Свою работу дворф ценит выше труда большинства людей (и не зря!), а скидывать цену отказывается — как же не жадный-то? Когда в любой лавке можно скинуть цену вдвое и больше того?

Где справедливость — там и честность. дворфы не лгут. Ложь, по их мнению — штука бессмысленная: Слова существуют, чтобы описывать реальность, и лживые слова — такая же глупость, как линейка с неправильными делениями или фальшивые гири на весах. Тех, кто часто лжет или преувеличивает, они в глубине души подозревают в неумении то ли думать, то ли говорить.

Хвастаться в присутствии дворфа опасно. Не потому, что вы его этим оскорбите, а потому, что он сочтет, будто вы и впрямь способны сделать все то, о чем говорите. Слова о способности что-то сделать дворф воспринимает, как резюме для поступления на работу.

(Помните, как в «Хоббите» Бильбо обижался на дворф, которые ничуть не сочувствуют тому, что он должен лезть в драконью гору один? А с чего бы им сочувствовать — они ведь и представить себе не могут, что кто-то может взять на себя обязательства, не подумав, чего это ему будет стоит. А тем паче — что кто-то захочет увильнуть от данного обещания. Раз согласился работать взломщиком — значит, знает, как добыть сокровища прямо из-под пуза спящего дракона.)

Небезызвестная мстительность дворфа тоже происходит от обостренного чувства справедливости. Око за око, зуб за зуб. Если некто совершил гадость, он должен за нее ответить. И точка. Садизмом дворф не отличается. Просто убийца должен быть убит — это так же очевидно, как то, что начатое изделие следует закончить. Необязательно дворф мстит за себя или близких: запросто может вступиться за слабого, если считает, что тот самостоятельно справедливость не восстановит.

Между собой гномы сражаются крайне редко (если не брать тренировочных боев). Разрешение проблем мечом, по их мнению, происходит от взаимонепонимания. А дворфы друг друга отлично понимают.

Если из сказанного вы сделали вывод, что дворфа легко оскорбить — вы правы. Спасает одно: за это дворф едва ли отомстит, просто будет вас презирать. К большинству людей гномы относятся довольно снисходительно. Не в обиду будь сказано, они считают нас варварами.

Культура дворфов.

Вторая по важности добродетель гнома — созидательность. Гном должен трудиться — не для того, чтобы заработать на пропитание или комфорт, а для некоего результата. Как правило, он работает руками, и есть только один вид труда, который выше этого: обучение молодежи. Частный случай этого занятия — управление городом или государством.

Кстати, об управлении: оно у гномов устроено предельно просто. Минимум должностных лиц. Король объясняет, что надо делать, а остальные слушаются. Если король вдруг не знает, что делать — собирает совет. Политика — понятие им абсолютно чуждое.

После учительства, выше всего ценится то, что на века. Потому-то гномы лучше всего работают с долговечными материалами: металлом и камнем. Деревом пользуются только при необходимости, портные — как бы низшая каста по сравнению с кузнецами, а повара и вовсе — дно общества, те, кто не сумел научиться как следует ковать и строить. Думаю, это объясняет, почему гномья кухня не славится по всему миру. А вот поэзия или музыка в чести — они имеют хорошие шансы пережить автора.

Особый случай — работа в шахте или каменоломне. Тут гном вроде как не творит вечное сам, а помогает другому. Соответственно, это работа для молодежи — учеников. Подрастет — будет сам обрабатывать, а пока пусть добывает материалы для тех, кто постарше и поопытнее. Профессиональной армии гномы не держат: кто же захочет посвятить жизнь такой чепухе? Также должен опровергнуть нелепый слух о гномах-берсерках: его породили в наши дни. Настоящий гном сражается рассудительно и бесстрастно, не по зову сердца, а потому, что нужно так.

Карлки-гномы.

В целом надо признать, что о карликах мы знаем намного меньше, чем о дворфах. Их встречали намного реже, подвигов особых они не совершали, и в довершение ко всему отлично прятались и очень любили мистификации.

Судя по всему, нравом карлики достаточно жизнелюбивы, ценят хорошую еду, выпивку, впоследствии — и курение (у дворфов переняли, не иначе). В большой дружбе с некоторыми зверями: барсуками, кротами. Видимо, общие интересы...

Карлики совсем необязательно живут в горах или холмах — многие, напротив, предпочитают леса. Их странноватое чувство
юмора заставляет порой помочь путнику заблудиться.
Карлик из Азерота за работой.
Некоторые даже говорят, что болотные огни — это лампы карликов.

Вообще, шуточки карлики любят чрезвычайно. В том числе пакостные (например, устроить небольшой обвал или подменить руду обманкой) и похабные. По вечерам, говорят, поют такие песни, что краснеют даже шахтеры и сапожники.

Главная черта характера карликов, если не считать ехидного юмора — это любопытство. Поэтому из карликов всегда получались неплохие собиратели знаний, сочинители песен и так далее. Известны случаи, когда к карликам обращались по принципу: «Если не знаешь, где искать сведения, спроси карлика — мало ли какую ерунду они узнают случайно».

Рудознатцы и металлурги нередко ссылались на секреты, узнанные от карликов. Если верить этим утверждениям, именно так сохранился рецепт булатной стали и некоторых красок.

Что неудивительно, карлики славятся талантом к виноделию и — особенно — пивоварению. А по части волшебных талантов знамениты умением обманывать глаза и слух — вероятно, именно так они и заставляют путников потеряться в лесу.

Взято с lki.ru, автор несравненный Ричард Псмит (Андрей Ленский).
  Ответить с цитированием