Показать сообщение отдельно
Старый 03.08.2008, 01:07   #5
qeenta
 
Сообщения: n/a


По умолчанию На конкурс Иххарийский гимнасий. День Голубого пламени.

Шел дождь. Но это был не простой дождь, это был дождь из голубого пламени. Горел весь город. Горело даже то, что невозможно было сжечь, горел камень, горел песок, превращаясь в стекло, горели небеса. Этот день вошел в историю под названием Дня Голубого пламени. Ущерб был огромен, сотни горожан сгорели или получили ожоги. Таков был гнев колдунов.
***
За 3 дня до этого жители Серой Земли были разбужены жутким землетрясением. Казалось, почва под ногами рушиться прямо во владения Нергала. Проснулся и Рикард Угловатый, колдун носящий желтый плащ, преподаватель Морского гимнасия. Он выглянул в окно, узнать, в чем дело, и не поверил своим глазам. Земля продолжала трястись, а Рикард стоял и смотрел, как зачарованный, на невиданное чудо. Дом колдуна находился на берегу Великого Серого Океана, а сейчас водная стихия покорно расступалась, угрожающе надвигаясь на берег. Рикард выбежал из дома, в последний раз оглянулся на происходящее и поспешил в столицу, путаясь в складках своей мантии. Он взлетел над землей и всюду по дороге видел перепуганных и снующихся, как обезумевшие црехе, людей. В эту ночь подданным Лэнга было не до сна.
Не спал и Бестельглосуд Хаос. Мало того, что у него было отвратительное настроение, так еще и здания дрожали в любой момент заговорщицки обещая развалиться. Но по этому поводу Бестельглосуд не переживал. Он знал, что резиденция Совета 12 пропитана древней магией, которая не даст упасть и камушку. Да и Иххарийские колдуны приложат все усилия, чтобы сберечь остальные постройки. Гораздо больше его волновала причина подземных толчков. Он ее не знал.
Владыка Бестельглосуд сидел сам в главном зале Совета 12 и думал. Его не пугала неизвестность, скорее раздражала. Не давала свернуть мысли в один клубок. И теперь к этому раздражителю прибавился еще один.
- Владыка Бестельглосуд, владыка, - в зал вбежал Рикард, - вы должны это увидеть!
Глава Совета откинулся на своем кресле с номером «1», он знал этого неуклюжего и немного полоумного аэроманта. Но среди тысяч выражений его лица Бестельглосуд еще не видел такого напуганного.
- Присядь, - спокойным, претящим возражениям тоном сказал он. – Что я должен увидеть?
- Владыка, - Рикард поднял белесые зрачки на повелителя, - в Сером океане близ сатрапии Разер всплыл остров. И он огромен!
***
К утру замлетрясение прекратилось. Сотни горожан спешили по своим делам, в гимнасии начались занятия. Иххарий продолжил размеренную жизнь. Геометрически правильные улочки наполнились прохожими, спешащими укрыться от мнимых взоров, никаких последствий ночного катаклизма не было видно, и даже фонтан в виде одного из Древних, обрушившийся ночью, силами колдунов был восстановлен и вновь работал. Город жил, как гигантское насекомое с сотней серых панцирей, на фоне которых даже небо выглядело неприятно свинцовым. Помонцери Царука была видна практически из любого места в столице. И она угнетала своими размерами, внушая горожанам благоговейный трепет. Даже воздух вокруг нее, казалось, был тяжелым, готовым принять твердую форму. В столице как всегда светило солнце, обеспеченное сильнейшими метеомагами. Но даже в нем ощущалась некая искусственность. Даже солнечные дни над Иххарием выглядели безжизненно. Такой была атмосфера сердца страны демонопоклонников.
Жизнь кипела не только на земле, но и под ней. В лабиринтах городских канализаций нашли приют сотни повстанцев, колдунов-ренегатов и просто монстров – неудачных колдовских эксперементов. Они могли никогда не встречаться, но постоянно ощущали присутствие друг друга, ведь если хочешь выжить в канализации всегда нужно быть на чеку.
Молодой парень как раз крался по этим опасным лабиринтам. Он был невыразительной внешности, волосы мышиного цвета завязаны в редкий хвост, бледен, худощав. В канализацию он спустился не впервые, поэтому уверенно шел, соблюдая максимальную осторожность. Но он не слышал, что за ним крадутся двое, а когда к горлу приставили нож, искренне удивился.
- Кто таков? Чего здесь ищешь? Если быстрой смерти, сегодня твой день.
- Я направляюсь в лагерь повстанцев. И вам с Рубакой лучше спрятать оружие.
- Ой, да вы посмотрите, это же Забракованный, - осклабился бандит. А мы с приятелем тебя сразу не признали, обрадовались, думали убьем, возьмем деньжат. А теперь вот не потехи, не денег.
- Не «Забракованный», а Аррон, - ощетинился юноша. Он терпеть не мог этих прозвищ. Повстанцы-простолюдины, взяв пример с колдунов, тоже начали давать друг другу вторые имена. Его прозвали «забракованным» потому, что он родился в колдовской семье и даже поступил в Иххарийский гимнасий, но магический дар у него не раскрылся, поэтому юношу отчислили после общего курса. В глубине души он корил судьбу за это, потому так ненавидел свое прозвище.
Аррон пытался жить нормальной жизнью, подрабатывал в лавке со сладостями, но несколько недель назад хозяин лавки и вся его семья загадочным образом исчезли. Поговаривали, что в этом замешан сам Тахем Тьма, проводящий кровавые ритуалы. Окончательно разочаровавшись в богах, юноша случайно познакомился в таверне с Лохматым, активистом ополчения, который и привел его в канализацию.
Такой была история Аррона. Одна из сотен историй, которые может рассказать любой повстанец.
- Эй, Брак, - окликнул его Рубака, - Хаос сегодня будет говорить, вроде, скоро выходим на свет, поспеши, если не хочешь пропустить.
- Аррон, - поправил юноша и направился дальше, оставив двух головорезов на своих постах.
***
А вот в Помонцери Царука тем днем было необычно тихо. Владыка Бестельглосуд уединился с членами Совета 12 в главном зале, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Вести о загадочном острове слишком быстро распространялись по Серой Земле. Колдуны опасались волнения народных масс.
В конце концов, они решили организовать экспедицию, чтобы исследовать остров. В нее согласились входить Руорк Машинист, который надеялся найти и изучить древние механизмы, Муорк Вивисектор, жаждущий отыскать новых животных для экспериментов, Турсея Росомаха, которой было просто любопытно и Асанте Шторм, назначенный капитаном альдареи колдунов. Кроме 4 членов Совета 12 приглашения разослали Кебракие Мудрой, уважаемой колдунье, возглавляющей Иххарийский гимнасий. Ей было разрешено взять с собой до 20 человек, хоть преподавателей, хоть студентов. Приглашения участвовать в экспедиции также получили Таскурита Кипяток, губернатор сатрапии Разер, и Румпильд Убедительный, ректор Морского гимнасия, им также разрешили взять с собой спутников.
Колдуны условились держать экспедицию в тайне. Они понимали, что среди населения могут распространятся различные слухи и что они могут породить панику, поэтому действовать нужно было очень быстро. Альдареи отплывали уже завтра.
Кебракия Мудрая получила письмо. На нем была печать самого Главы совета.
- Что ж, - вздохнула колдунья, ненавидящая политику, - опять этим вемпирам что-то от меня нужно.
Открыв письмо, она пренебрежительно стала вчитываться в витиеватые буквы, но с каждым словом ее лицо расцветало.

Дорогая Кебракия!
Как Вам, наверно, известно, у сатрапии Разер всплыл остров. Советом 12, то есть нами, было принято решение организовать исследовательскую экспедицию, о чем спешим Вас оповестить. Вы приглашены в качестве эксперта. Ваше присутствие не обязательно, но очень желательно. Также Вам разрешено взять с собой группу помощников, в количестве до 20 человек на Ваше усмотрение. Это могут быть как преподаватели, так и подающие надежды студенты.
Если Вы согласны принять участие в экспедиции, прибудьте завтра утром к Заливу Бурь. Альдарея под командованием Асанте Шторма отплывает с рассветом.
Совет 12 приймет любое Ваше решение. Только помните, информацию об экспедиции нужно держать в тайне.
Искренне Ваш Владыка Бестельглосуд Хаос.
7 сентября 7137 года.

Дочитав письмо, Кебракия загадочно улыбнулась. К ней в очередной раз обращаются за помощью колдуны из Совета 12. Очевидно, без ее знаний им не обойтись. Что ж, будет им помощь, а заодно и маленький укольчик, чтобы не забывали, с кем имеют дело.
Колдунья вызвала свою помощницу – Митрею Лисицу, которая исполняла обязанности секретаря, и наказала разослать по факультетам запрос на студентов. Причем студентов, возрастом до 15 лет. Пусть детки попутешествуют. А за одно и посмотрят на членов Совета 12 вживую. Ведь жизненный опыт в таком возрасте чрезвычайно ценен.
Двое других участников экспедиции отнеслись к своей роли более серьезно. Румпильд Убедительный набрал команду из лучших преподавателей и студентов-выпускников, а Таскурита Кипяток – из сильных и выносливых простолюдинов, которых можно использовать, как рабочую силу.
К следующему утру все прибыли к Заливу Бурь. Бестельглосуд Хаос, который пришел лично проводить альдарею в плавание, был чрезвычайно зол на Кебракию, приведшую с собою группу юных и неопытных студентов. Дети старались держаться за спиной колдуньи, бросая дикие и восторженные взгляды на членов Совета. Сама же ректор Иххарийского гимнасия выглядела чрезвычайно счастливой, вежливо раскланивалась со всеми колдунами и убеждала их в том, что эти студенты будут подавать большие надежды. Лет через 6-7.
Спутники других участников экспедиции не вызывали такого ажиотажа.
Когда все взошли на борт, альдарея отчалила, держа курс на загадочный остров. Небо было чистым, а ветер – попутным – это постарался Асанте Шторм.
***
Длинный и мрачный коридор канализации подходил к концу. Вдалеке виднелось пятнышко света, которое с каждым шагом увеличивалось. Откуда в канализации свет для многих было загадкой, но некоторые коморки были просто им залиты. Свет исходил откуда-то сверху и имел совсем не природное происхождение. Скорее всего, это были сгустки неудавшихся заклинаний, сброшенных когда-то под землю.
Аррон пришел в комнату, битком набитую людьми. Это был лагерь повстанцев.
Вообще в канализациях было много подобных ополчений, не объединенных густой сетью. Дело в том, что каждое движение преследовало свои интересы: кто-то жаждал власти, кто-то выступал против Древних, кто-то отстаивал права и свободы простых людей, кто-то был иноверцем, в общем, даже повстанческие группы могли конфликтовать. Их слабинка была в разобщенности. Вот почему подобные движения не представляли серьезную угрозу.
Ополченцы, к которым примкнул Аррон, боролись за публичность властей. Они хотели, чтобы колдуны отчитывались перед народом о своих планах, о том, куда пропадают люди, и добивались узаконивания других религий на Серой Земле.
К сожалению, их идеи оставались не больше чем сладкой сказкой. Повстанцы еще ничего не сделали для их осуществления. Но это только пока.
Глава повстанцев, Ишкир Хаос, самодовольно назвавший себя в честь главы Совета 12, восседал на каменном помосте. Это был крепкий мужчина лет 40 с длинными белыми волосами, спадавшими до лопаток, шрамом через переносицу и пепельной кожей. Не смотря на возраст, он был еще очень силен и мог поспорить с любым из собравшихся за право предводительствовать.
Аррон уселся около стены. У него было нехорошее предчувствие.
- Братья мои! – громогласным басом воскликнул Ишкир, - мы долго ждали этого дня, но это было не просто ожидание, мы копили силы. Мы долго молчали, но теперь мы скажем свое слово! Вы со мной!??
- Да! – вразнобой рявкнули повстанцы.
- Мы терпели, когда наши братья пропадали! Но теперь мы больше этого не допустим! Вы согласны!??
- Да! – вторила разношерстная толпа.
- Четверых наших друзей схватили этим утром и утащили в Помонцери Хилери. Спасем же их!
Зависла тишина. Каждый из повстанцев слышал об ужасах, скрывавшихся во владениях Турсеи Росомахи. И о том, что попавшие туда пропадают навечно. Даже последний дурак в Иххарии старался держаться от этого места по дальше.
- Владыка Ишкир, - заговорил пожилой ополченец, - но вы же знаете, что из Помонцери Хилери не возвращаются. Не одно ополчение пыталось пробраться туда, все были разбиты.
Толпа согласно закивала, по залу стал разноситься одобрительный шепот.
- Верно говоришь, - ответил Ишкир, - но у них не было того, что есть у нас.
Из тьмы за спиной Ишкира Хаоса вышел человек в потертом оранжевом плаще. Это был Цартр Подчиняющий, бестиолог-ренегат. Следом за ним вышли два гигантских муравья – каждый выше человеческого роста. Глаза насекомых светились голубоватым пламенем, Цартр держал их в полном подчинении.
Толпа несколько секунд молчала, а затем взорвалась радостными возгласами.
- Братья, - перекрикивал их Ишкир, - выступаем через день! У нас есть время собрать силы! Передайте остальным, соберите всех, кого найдете! По моим данным Помонцеры Хилери сейчас без хозяйки! Мы сможем одержать легкую победу! Мы вызволим наших друзей! Вы со мной?!!
- Да! – кричали ряды ополченцев, опьяненные грезами о победе.
Веселье продолжалось до поздней ночи. И только Аррону было как-то не по себе. Ренегаты еще никогда не помогали повстанцам. Что-то тут было не чисто.
***
Попутный ветер гнал альдареи к острову. К «Капитану кровь» по приказу Таскуриты Кипятка прибавилась еще одна, «Надежда», маленькая и маневринная, предназначенная для перевозки небольших грузов. Мало ли что может случиться?
Плаванье проходило спокойно. За исключением нескольких стычек студентов Кебракии и Румпильда. Последние показали, чему их учили 7 лет, слевитировав назойливых младшекурсников. Одного так и забыли снять, и он летел за альдареей до самого берега. Да еще Руорк Машинист и Асанте Шторм неутомимо подкалывали друг друга. Их возня закончилась порванным плащом Асанте и кратковременным замыканием механической руки Руорка. Однако и им пришлось заключить перемирие. На горизонте виднелась земля.
К вечеру альдареи причалили к берегу. Остров действительно был огромен, по площади превосходил Залив Бурь раза в 3. Почвы под ногами не было, только камни и горные породы. Странным было то, что на нем практически не было мха и водорослей. Казалось, океанские обитатели не спешили его заселять, возможно, даже сторонились.
Колдуны сошли на берег. Вечерело. Волны ласкали бока альдарей, а впереди – начинался неведанный свет.
- Я чувствую здесь магию, особую, способную оживлять автоматы, - сказал Руорк Машинист, прикоснувшись пальцами к скалистой земле.
Все посмотрели на него. В этих делах техномаг был специалистом.
Посовещавшись, колдуны решили разбиться на группы и отправиться исследовать остров. Детей и простлюдинов оставили у берега разбить лагерь. Экспедиция могла затянуться, но никому не хотелось торчать здесь слишком уж долго.
Первую группу возглавил Румпильд убедительный. Он с частью своих студентов отправился вдоль берега. Во вторую группу вошли Кебракия Мудрая, Асанте Шторм (колдуны негласно решили, что лучше их с техномагом ненадолго разлучить) и Турсея Росомаха. Они также отправились вдоль берега, но в противоположную сторону. Никому не хотелось на ночь глядя отходить далеко от альдарей.
Только Руорк Машинист и Муорк Вивисектор отравились вглубь острова, осмотреть скалы. Каждого из них вела фанатичная преданность своему увлечению и вера в то, что где-то среди камней они найдут нечто необыкновенное.
Прошло много времени, а бестиолог и техномаг продолжали идти. Уже стемнело. Скалы вокруг не были бы видны, если бы не магический огонь, наколдованный Руорком.
- Слушай, может, уже вернемся, наши все, наверное, в лагере, да и здесь становиться ужасно холодно, - сдался Муорк, поежившись.
- Мы слишком далеко зашли, чтобы вернуться ни с чем, - из-за большого количества запчастей и малого нервных окончаний Машинисту холодно не было.
Вдруг они увидели пещеру. За все путешествие им не встречалось не одной. Только скалы. Решение стало единогласным – зайти.
Внутри было просторно и светло. Какие-то минералы, похожие на драгоценные камни, горели во тьме, отбрасывая странные тени на стены. Казалось, пещера состоит из цепи лабиринтов, а комната с минералами – всего-навсего вход. Зайдя внутрь, бестиолог и техномаг огляделись и не поверили своим глазам: стены и потолок были исписаны загадочным рунами. Это был мертвый язык. Язык Империи Гор.
- Как ты думаешь, Руорк, что здесь написано?
- Я не знаю. По-моему, эти письмена хранят в себе тайну острова. И, возможно, могущества, скрытого в нем. Завтра мы придем сюда вместе с Кебракией, думаю, она сможет прочесть хоть что-то.
Но вернуться в пещеру им больше не судилось.
Внезапно земля под ногами начала дрожать. Машинист и Вивисектор в последний момент выбежали из пещеры, когда вход безнадежно завалился. Стремглав они бросились к лагерю. Толчки усиливались. Поднялся ветер, океан ужасно штормило. Часть студентов Румпильда и людей Таскурито в панике бросились на «Надежду». «Капитан Кровь» стоял на причале до последнего. Как бы не было противно Асанте Шторму, он не мог бросить коллег на произвол судьбы.
Толчки все усиливались, а Асанте безуспешно колдовал заклинания. Погода в ту ночь перестала ему подчиняться. Обезумевшие от ужаса люди не стали ждать «Катитана Кровь» и отплыли. Вдруг скала, под которой стояла «Надежда» упала, растрощив альдарею в щепки. Все, кто был на борту, погибли под осколками. Кебракия с детьми укрылись на «Капитане кровь», мудрая колдунья увела их в трюм и стала колдовать защитные щиты. Тут как раз и подоспели Машинист и Вивисектор.
«Капитан кровь» стремительно отплыл. Его миновала участь «Надежды». Колдуны стояли и молча смотрели, как загадочный остров идет ко дну, унося с собой все свои секреты.
***
Аррон шел по длинному коридору вместе с остальными повстанцами. За эти дни их собралось около 500 человек. К группе Хаоса примкнула еще одна, тоже повстанческая. Не известно, как Ишкир уговорил этих людей штурмовать Помоцери Хилери, но сейчас они шагали вместе, бок о бок.
Каждый был полон решимости и верил в свое дело. Правое плече Аррона прикрывал паренек лет 16, его взор был пуст и безжизнен. «Такой же фанатик, как и колдуны, только более отчаянный», - подумал Брак. Весь прошлый день он пытался поговорить с Цартром Подчинящим, выведать его мотивы, но колдун не хотел общаться, предпочитая проводить время с муравьями.
А вот и они, два гигантских насекомых, способных хилицерами раздробить человека пополам. Цартр наложил на них несколько щитов, и муравьи покорно шагали следом за повелителем, жутко перебирая полутораметровыми лапками. Хаос и Подчиняющий вели повстанцев вперед, на битву способную перекроить историю Серой Земли.
Вот выход. Свет. Долгожданный дневной свет, который многие не видели месяцами. А вокруг – пустошь, на фоне которой возвышается громадное здание – их цель. Но дойти туда не легко – автоматы, вооруженные лазерными лучами, всегда наготове. Один выстрел – и кто-то из повстанцев упал, но на его место стали другие. Муравьи бросились на автоматы, им не страшны смертоносные удары, они трощили их один за другим, расчищая дорогу. Цартр тоже вывел из строя нескольких, он явно берег манну. Остальных смела с пути человеческая волна. Повстанцы, как один, шли до последнего вздоха. В этом тоже была заслуга колдуна, поддерживающего легкое заклинание заражения.
Взрывы были слышны и в столице, сотни горожан выбежали из домов. В Иххарии начиналась паника.
Бестельглосуд Хаос был не на шутку зол. Совет 12 сейчас неукомплектован, его сильнейшие члены далеко, да и в столице в этот день не все. Рилегион – за городом на учениях, Асмодея – тоже у своих монстров, Яджгун и Квиллион – в Хоквиле, а от Йоганса даже в мирное время пользы не больше чем от старых ботинок. Стиснув пальцы до бела, Глава Совета медленно выдохнул.
Он с Руахой останется в городе, успокаивать население. А Тахем Тьма отправиться угомонить мятеж. Старый колдун сам просил, чтобы отправили его одного. Это же обычное восстание, сотни которых душили серые плащи. Тахем отказался от любой помощи, для него эта битва – отличное развлечение. Что ж, да будет так.
Тем временем повстанцы уже добрались до главных ворот. Гигантские насекомые ломали двери. Цитадель Ужаса, из которой еще никто не возвращался, была готова пасть. У входа уже собрались костяки, чтобы вести оборону. Цартр сбил первые ряды с ног ударной волной, муравьи бросились их затаптывать, следом хлынули повстанцы. Они были вооружены пистолями, кому повезло – с серебряными пулями. Аррону пока везло, он вышел невредимым из-под огня автоматов, и даже уложил нескольких костяков, пытающихся подступиться к Ишкиру. Толпа пробивалась с боем вперед, к тюрьмам, ведь разгромив неприступную Цитадель Ужаса, они станут героями, вдохновят других, их идеалы казались сейчас осуществимыми, как никогда.
Внезапно Цартр Подчиняющий отозвал муравьев и повернул к известному только ему месту. Насекомые покорно продолжили расчищать путь, топча своих же, не успевших отпрянуть с дороги. Аррона задел гигантской лапой один из муравьев. Они не отличали своих и чужих.
- Цартр, что это значит? - крикнул, задыхаясь от гнева Ишкир.
Повстанцев, лишенных поддержки колдуна, начинали окружать.
- Я обещал помочь пробраться внутрь, я сдержал слово. Дальше – дело за вами. А у меня здесь свои интересы.
Зависло молчание. Повстанцы продолжали отстреливаться от костяков, поглядывая на предводителя. Решение было за ним.
Ишкир Хаос какое-то время стоял в растерянности. План начинал рушиться, но мысли о легендарной победе не отпускали его. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, и заорал что было мочи:
- Спасем наших братьев!
Толпа ответила громогласным одобрением, бросившись за ним. Цартр вел муравьев вдоль стены, стараясь больше никого не задеть. Он продолжал поддерживать заклинание заражения. Даже немного усилив эффект.
Ишкир с другими повстанцами добежал до тюрем. Это был огромный зал с клетками, полными людей. Никакой магии здесь не было – пленники не обладали колдовскими способностями, поэтому их хорошо сдерживали и металлические засовы. Дальше простирались лабиринты коридоров, с камерами других пленных, в том числе и колдунов, но Ишкир приказал для начала остановиться здесь.
- Ломайте засовы и освобождайте всех, - скомандовал он.
Усталые и истощенные пленники не верили своему счастью. В одной из клеток были и те, ради которых сюда пришли мятежники. Аррон узнал среди них Лохматого – когда-то легкомысленного и жизнерадостного, а теперь – больного и слабого. Именно Лохматый привел его в ряды ополчения.
Цартр вел муравьев почти к входу. Именно здесь, в закоулке, находились кованые двери – кабинет Турсеи Росомахи. Повинуясь мысленному приказу бестиолога, насекомые стали пытаться их снести.
- Привет, однокурсник, - раздался мелодичный голос за спиной колдуна. На пороге стояла Турсея со своим фамилиаром – гигантской росомахой, бывшей ее мужем.
Не оборачиваясь Цартр бросился на пол – как раз вовремя, прямо над его головой пролетело заклятье, выжегшее в дверях дыру.
- Ну, чего ты так, а поздороваться? Помнишь моего мужа?
На ренегата кинулась гигантская росомаха, но ей преградил путь муравей. Магические существа сцепились в смертоносной схватке. Цартр бросился бежать.
- Ну куда же ты уходишь? – улыбалась Турсея, - мы же старые приятели. Или ты еще злишься, за тот артефакт подчинения, что я взяла? Все еще не оставил надежду вернуть его? Помниться, после прошлой попытки тебе пришлось стать изгнанником. Жаль, что ты так ничему и не научился.
Росомаха наконец перегрыз горло муравью и бросился на колдуна. Туда же полетело и заклятие Турсеи. Второе насекомое отчаянно закрыло ренегата собой, приняв заклятие, оно издало жалобный писк и рассыпалось пылью.
Не помня себя от ужаса, Цартр бежал через пустошь. Уклоняясь от редких выстрелов уцелевших автоматов, его одолевала единственная мысль – выжить. Вдруг колдуна накрыла тень. Он поднял взор к небу – там застыло нечто напоминающее кресло, на котором восседал дряхлый колдун в сером плаще. Тахем поднял руку.
- Нет, нет, нет, - закричал бестиолог, но отступать было некуда. За спиной стояла Турсея Росомаха. В него полетело сразу 2 мощных заклятья. А что может сделать колдун, когда его атакуют два члена Совета 12 одновременно? Только умереть. Что Цартр и сделал.
В это время повстанцы застыли. Ужас, сковывавший их сердца, немного прошел. Они чувствовали все те эмоции, что только что испытал Цартр Подчиняющий. Но после смерти колдуна заклятие заражения развеялось. Передышка была не долгой, теперь в душу к каждому начинал вливаться новый страх, его собственный. Даже Ишкиру стало не по себе, собственные кошмары слились с предсмертными эмоциями колдуна, поэтому, собрав всю свою волю, он скомандовал:
- Отступаем!
Толпы бросилась к желанному выходу. Ополченцы и заключенные бежали вместе. Еще бы несколько минут, и они бы сбежали сами, без приказов. И вопреки ним. Но снаружи их уже ждали 2 серых плаща. И Турсея, и Тахем обожали убивать отступников. В них же устремились лазеры автоматов. Петляя между лучами, на людей бросилась и гигантская росомаха.
Аррон бежал со всех ног, не помня себя от ужаса. На плече он тащил слабого Лохматого. Повстанцев было слишком много, чтобы убить всех точечными ударами. Вот уже граница пустоши, за ней начинается Иххарий, можно укрыться. Внезапно перед Арроном возникло летающее кресло. Старый колдун, изо рта которого текла слюна, протянул к нему сухую руку. Аррон упал. Все потемнело. Это было начало конца.
Другим повстанцам везло больше, они добежали до первых зданий, надеясь потеряться в толпе. Их осталось меньше трети.
Тогда Тахем Тьма воззвал к Лэнгу. Небо над Иххарием стало темнеть. Позже он так и не объяснил, сделал ли он это специально или просто не рассчитал силу заклинания.
Пошел дождь. Но это был не простой дождь, это был дождь из голубого пламени. Все, чего касались капли, загоралось голубыми лучами и быстро оплавлялось. Иххарий наполнился криками повстанцев и простых жителей. Преподаватели гимнасия выбросили защитные купола над близлежащими зданиями, студентам ничего не угрожало. Над Помонцери Царука тоже завис купол – это постарался сам Бестельглосуд. Сотни домов оплавились. Сотни горожан сгорели. Из повстанцев в канализацию не успел никто. Все погибли в огне. Таков был гнев колдунов.
На восстановления Иххария ушло несколько месяцев.
Этот день вошел в историю, как День Голубого пламени – самое большое поражение повстанцев Серой Земли.
  Ответить с цитированием